Платный хостинг от провайдера HostSpace.com.ua - хостинг, регистрация доменов. Поддержка PHP, MySQL, почта - в каждом тарифном плане.

Исследование, проводимое в преддверии саммита "большой восьмерки", осуществило агентство "Евразийский монитор" на пару с компанией GMI. Опрос под названием "G8 Fears" прошел в странах "большой восьмерки" — напомним, это США, Великобритания, Франция, Германия, Италия, Япония, Канада и Россия — по схемам, опробованным "Евразийским монитором" еще весной при проведении в пяти странах СНГ сравнительного исследования восприятия социальных угроз гражданами. Компания GMI, со своей стороны, предоставила программное обеспечение для опроса на основе технологии Net-MR, специальной онлайн панели для браузера.

На пресс-конференции "Евразийский монитор" представлял его глава Игорь Задорин, а компанию GMI – директор представительства в России Александр Шашкин; в качестве приглашенных экспертов присутствовали Наталья Шматко, руководитель российско-французского социологического центра при Институте социологии РАН, и Николай Петров, член научного совета Московского Центра Карнеги.

Результаты оказались очень любопытными и местами неожиданными. Японцы не видят будущего

Основной акцент при формулировке вопросов делался на социальные угрозы; тем не менее, в анкетник специально был включен вопрос по энергобезопасности — не секрет, что эта тема станет ключевой на будущем саммите.

Первым шел вопрос "Вы уверены в своем будущем?". Наиболее уверенными оказались, что вполне ожидаемо, канадцы (79% граждан спокойны насчет будущего) и американцы (75%). С неуверенными странами интереснее: самыми неуверенными в своем будущем странами оказалась Япония (31%) и Франция (37%). В России дело обстоит неплохо: по уровню оптимизма мы находимся на 5 месте (54%), обгоняя Италию (51%) и уступая Великобритании (65%) с Германией (59%).

Второй интересный вопрос: "Как вы считаете, жизнь в вашей стране становится безопаснее?". Общая тенденция ответов склоняется к тому, что жить в стране становится опаснее, но тут нас ждет очередная сенсация: по уровню "безопасных" настроений лидирует Россия, в которой 45% не видят для себя опасности в будущем. 45% — цифра сама по себе не такая большая, но в других странах она еще ниже: более-менее люди чувствуют себя безопасно в США (34%), а вот в Японии (18%) и Великобритании (17%) дела обстоят неспокойно.

С чем связан такой разброс данных? Это мы обсудим чуть позже. Сбоев в поставках энергоносителей не боится только РоссияКроме вопросов по общему уровню "социальной тревожности" респондентам было предложено 11 угроз, которые надо было оценить для себя.

По общему разбросу ответов все угрозы разделились на 3 группы по популярности; в число самых "популярных" страхов вошли не только традиционные угрозы вроде распространения терроризма и безработицы, но и утрата национальной самобытности, и потеря моральных ценностей. Во вторую группу вошли сбои в поставках энергоносителей, ограничение демократических свобод, эпидемии и экологические катастрофы – то есть угрозы, по большей части, потенциальные, а не фактические, с которыми жителям опрашиваемых стран толком сталкиваться не приходилось.

Страхи, связанные с военными конфликтами, оказались непопулярными: в последнюю группу ответов вошли угрозы межэтнических конфликтов, военного нападения и ядерной войны.

Еще более интересен разброс ответов по странам. Рассмотрим вначале, чего конкретно боятся отдельные державы.

Общий уровень тревожности (по сумме всех страхов) очень высок во Франции и Японии, что лишний раз подтверждает результаты, которые мы видели выше; к ним, кроме того, попала Италия. Наиболее спокойны жители Великобритании и Канады, что тоже для нас неудивительно. Россия занимает среднюю позицию.

При анализе результатов сразу бросается в глаза интересный факт: сбоев в поставках энергоносителей опасаются все страны "большой восьмерки" за исключением России (сравните, к примеру, 16% "боящихся" в России против 53% в Италии и 58% в Японии). Зато в нашей стране многие опасаются терроризма (54%), распространения безнравственности (59%) и межэтнических войн (37% опрошенных) — по этой цифре мы уступаем только Франции. Япония больше своих коллег по "восьмерке" опасается угроз извне: сбоев энергообеспечения (58%) и военных конфликтов (например, 43% опасаются военного нападения). Во Франции боятся безработицы, безнравственности, межэтнических конфликтов, терроризма и утраты национальных традиций.

Занятно, что по разбросу главных для себя угроз все страны сами собой разделились на 2 группировки: "атлантическую", куда вошли Великобритания, США и Канада, и "континентальную" в составе Германии, Франции и Италии. Япония и Россия занимают совершенно отдельную позицию; это во многом отвечает текущей геополитической ситуации в мире. По уровню общей социальной тревожности россияне оказываются ближе к "атлантическому" типу, а японцы – к "европейскому", а вот по уровню обеспокоенности конкретными проблемами Россия ближе к "европейцам", а Япония к "американцам". Про японцев-алармистов и французов-мусульман

Пришло время поговорить о том, чем вызваны эти результаты.

Как видно, наибольшим уровнем тревожности отличилась Франция. Причины этого явления обрисовала Наталья Шматко, подчеркнув, что французы достаточно тяжело восприняли интеграцию Франции с Евросоюзом, и сейчас в стране существует множество "центробежных" сил: много негативных настроений в связи с вхождением мусульманской Турции в христианский до того союз и с расширением Евросоюза на восток; главная проблема – это массовая безработица, вызванная притоком иммигрантов, переносом производства в другие страны (и связанным с этим сокращением рабочих мест). Много проблем с преступностью – введенная политика "нулевой толерантности" с девизом "ни одно правонарушение не останется безнаказанными" вызвала, против ожиданий, новый виток роста преступности, прежде всего, молодежной; приток иммигрантов из бедных стран усугубил положение.

Как мы уже сказали, французы опасаются утраты национальных традиций, безработицы, разрушения моральных устоев и терроризма. Эти проблемы на самом деле взаимосвязаны и проистекают из популярного страха перед иммигрантами-арабами, коих во Франции становится все больше и больше; мусульмане приезжают со своими традициями, принося дешевую рабочую силу, и на этой почве часто разгораются межэтнические конфликты; с этим же связана и угроза террористических актов.

Именно по этим причинам уровень тревожных настроений во Франции столь высок – и возрастающая популярность крайне-правых во главе с Ле Пеном это наглядно иллюстрирует.

Ситуацию с положением дел в США, России и Японии прокомментировал Николай Петров.

Говоря о японцах, он подчеркнул, что Япония – алармистская страна, где еще жива память о военном вторжении во время Второй Мировой войны; поэтому японцы до сих пор опасаются нападения извне и обрыва внешнего притока ресурсов, так как эта островная страна сильно зависит от внешних поставок энергоносителей.

России и США, напротив, военные настроения несвойственны, более того, весомая часть населения считает, что жизнь в стране стала более безопасной. Связано это с террористическими актами 1999-2001 годов – нынешняя ситуация гражданам кажется более безопасной. Впрочем, так оно и есть; и в этом две крупнейшие державы похожи между собой.

Подводя итог исследованию, можно выделить три главных вывода:

Впрочем, здесь, на мой взгляд, может крыться подводный камень. Что русскому хорошо — то немцу смерть?

Как уже было отмечено, исследование проводилось при помощи онлайн-панели компании GMI. Условно говоря, в "штат" компании входит 5,5 миллионов интернет-пользователей, которые участвуют за определенную плату в опросах, результаты которых потом многократно проверяются.

На Западе и в Японии интернет-проникновение по оценкам экспертов составляет цифру порядка 30%, то есть почти каждый третий житель западных стран является пользователем Интернета. В России дела с этим обстоят хуже.

Игорь Задорин под конец пресс-конференции продемонстрировал сравнение российских результатов онлайнового опроса "G8 Fears" с результатами, полученными в ходе традиционного опроса в апреле 2006 года.

Результаты совпадали в общих чертах, но по большей части корреляция прослеживалась очень условно: например, военная угроза простых людей беспокоит гораздо больше, чем интернет-пользователей, а проблема экологии – меньше, и общей уровень тревожности у них значительно выше.

На мой вопрос по поводу степени подобной корреляции на Западе Александр Шашкин, представитель GMI, ответил, что подобного сравнения не проводилось, но по цифрам того самого интернет-проникновения можно полагать, что результаты западных онлайн-опросов достаточно показательны; это подтвердил и Николай Петров.

Встает проблема: российская аудитория Интернета сама по себе специфична и малорепрезентативна, а если взять российских участников платных онлайн-опросов – так это вообще очень узкая и своеобразная группа населения. Так можно ли сравнивать тут Россию и Запад, если мы, по сути, сравниваем неравноценные группы западных и российских пользователей GMI?

Время покажет.